...
Когда наливается цветом
мой сад то, до жизни охоч,
иду под серебряным светом
луны в соловьинную ночь.
А ночь соловьинная манит
медовым настоем полей;
и песнь соловьинная ранит
неистовой силой своей.
Когда же в забвении смерти
сравняется зло и добро,
помянет на каменой тверди
меня золотое перо.
Что ж, пусть наливается цветом
мой сад и, до жизни охоч,
не я под серебряным светом
пойду соловьиннуя ночь.